Антропологические предпосылки правовой теории — опыт классической философии права

Антропологические предпосылки правовой теории: опыт классической философии права Любое правопонимания опирается на соответствующую концепцию природы или сущности человека. Ярко эта связь выражалась в классической философии права XVII — XVIII веков. В ней учение о человеке всегда имело непосредственное нормативно-презумпцийне значение, вывод о природе человека — добрые люди, злые или морально нейтральные (себялюбцем) — был тем постулатом, на котором должна основываться вся культура обращения общества с человеком. Представления о природе человека выступали как предельные основы для суждений об общем правомерность властных решений, антропология всегда включала в себя общий критерий правомерности. В середине ХХ в. на тесную связь феномена права с человеком, его сущностью, смыслом человеческого бытия особое внимание обращали представители правового экзистенциализма. «Ответы на все философские вопросы права, — писал Эрих Фехнер, — определяются ответом на вопрос о смысле человеческого бытия». Другой представитель правового экзистенциализма (экзистенциальной феноменологии), Вернер Майхофер, подчеркивал, что право существует потому, что существуют люди, потому, что есть человек как социальная личность, требующая права. «Основой и целью всякого права, — писал он, — есть ... непосредственность способов бытия человека, в которых выражена самобытность ее бытия с другими». Соотнося право с собственно человеческим в человеке, с его экзистенцией как настоящим, внутриличностным бытием, экзистенциализм подошел к праву с позиций человеческого взгляда на него, открыв, таким образом, новые антропологические горизонты в его исследовании.
LÅSSMED STOCKHOLM
Здесь нет ничего удивительного, потому что право является продуктом творчества человека, выражение его сущностных сил, его «образ и подобие». В праве воплощаются сущностные силы человека, поэтому в нем могут быть выделены моменты, без которых человек не только определенным образом устроена существо жить не может. В этом заключается суть антропологической позиции относительно права и возможность правовой антропологии — показать право как таковое, без чего человек не может быть, с одной стороны, и выявить в структуре человеческого бытия такие моменты, которые во внешнем выражении дают правовые отношения (право) — с другое. Как известно, философской антропологией называется часть философии, которая изучает человека как особый род сущего, освещает проблемы человеческой природы и человеческого бытия, анализуюе модуса человеческого существования, обнаруживает потенциал антропологической картины мира. Выделяют три значения философской антропологии: первое — как отрасль философского знания, для которой человек главный предмет философского познания, потому что он сам для себя является последней целью (И. Кант); второе — определенный философское направление, основанное Максом Шелером, Арнольдом Геленом, Гельмутом Плесснеру, который стремится дать целостную картину человека в единстве философских интуиций и научных данных о человеке; третье — особый метод мышления, отмечает анализе человека в конкретной ситуации. Не связываясь себя с определенным философским направлением, мы акцентируем внимание на особом антропологическом измерении традиционных феноменов философской рефлексии, трактуя философскую антропологию в довольно широком смысле: как отрасль философского знания о человеке, который отмечается особым методом постижения мира и основных объектов философского познания сквозь призму чисто человеческого бытия. Философская антропология является фундаментом современной моральной и правовой философии. Именно апелляция к сущности человека позволяет обосновать идею права, критерий справедливости, решить фундаментальный вопрос философии права. Это обстоятельство дает основание выделить в рамках философии права такой раздел, как правовая антропология. Одним из основателей правовой антропологии, построенной на рациональных началах, был Гуго Гроций (1583—1645). Он заметил в природе человека склонность, влечение к сожительству, не зависящий от идеи пользы. Идея права, по Г. Гроция, следует из представления на назначение человека. С его точки зрения, то, что соответствует сущности человека, — моральное, а то, что поддерживает мирное и согласованное общежития, — правомерно. Поскольку такое стремление к сожительству есть склонность, заложенная в человеческой природе, то и идея права — идея нравственная, потому проявляет сущность человека. О правовой (юридической) антропологию, науку, изучающую человека всесторонне как существо социальное — составная часть философии права, — вспоминает в своих лекциях по истории философии права Памфил Юркевич (1827—1874). В основе идеи права, по его мнению, положены следующие «факты о сущности человека и его способность действовать»: "... 1) человек может определяться не только внешними, эмпирическими причинами, но и осознанием идей, 2) человек имеет определенные правила, обычаи, подчиняться которым является делом доброй ... 3) подчиняясь этим правилам и обычаям, она обладает способностью рассуждать об их достоинство ". Благодаря способности человека рассуждать, философствовать о том, что есть право и что — нет, становится возможной философия права, которая «методично исследует те стали и существенные основания, из которых выходят с необходимостью формы права позитивного». В правовой антропологии правовой онтологии — почему вообще существует право (как оно возможно?), Становится прежде вопросом о том, в чем заключается специфическая позиция человека в отношении права. Поэтому исследование природы человека в правовой антропологии является не самоцелью, а имеет прикладной характер, его цель — раскрыть основной закон бытия права, обосновать правовую онтологию. На это обращал внимание немецкий философ права Артур Кауфман, который подчеркивал, что структура и способ бытия права, его закономерности могут быть описаны по аналогии с образа и структуры бытия человека. Итак, правовой антропологию можно назвать учением о способе и структуру бытия человека как субъекта права, или — учением о праве как способ человеческого бытия. Правовая антропология — новое для нашей культурно-исторической ситуации видение права — является альтернативой сциентистского, функционально-инструментального подхода к праву. Если с точки зрения структурно-функционального подхода нормы — это продукт только общественного строя и никаких других источников, которые образуют, быть не может, то правовая антропология решает проблему альтернативного источника норм как основы критической способности суждения относительно земной власти, ограничивая ее монополию в ценностной сфере. Именно такой подход заложен в основных международных документах, фиксирующих права человека. Если согласиться с функционально-социологической мыслью о том, что сущность человека является квинтэссенцией общества на определенном этапе своего развития, то надо будет признать, что и прав у человека столько, сколько это общество на определенном историческом этапе своего развития может и готово ему дать. Ведь право не может быть выше экономический строй общества и заложенных в нем возможностей. Следовательно, на пути признания Всеобщей декларации прав человека и идеи правового государства относились барьеры не сугубо идеологического, но и философско-методологического характера. Человек же оставалась без точки опоры для противостояния тому, что делает или пытается с ней делать «ее» общество. В связи с этим как социальная, так и правовая реформа прежде должна рассматриваться как антропологический движение, как восстановление нормативных условий для реализации способностей, заложенных в природе человека. Сейчас нужна настоящая духовная революция, просмотр мировоззренчески-методологических основ, новая картина мира для того, чтобы преодолеть марксистский сциентизм, в свое время развенчал самоценность и автономию духовной среды и поставил его под знак экономического интереса и классовой пользы. Правоведение должно решительно бороться за гуманизацию права под знаком альтернативного социологическом детерминизма антропологического видения права. Одной из центральных проблем правовой антропологии является исследование вопроса об антропологических предпосылки правовой теории. Исследование этого вопроса становится возможным потому, что существует закономерность корреляции образа человека и образа права. Суть этой закономерности заключается в том, что тот или иной образ права ( или «картина права», правопонимания), а также правовая система, определяется им, ориентируются на определенный образ человека ( или концепцию сущности, природы человека) как на точку отсчета. Рассмотрим, как решали вопрос об антропологических основы правовой теории выдающиеся представители новоевропейской философии права Томас Гоббс, Жан-Жак Руссо, Иммануил Кант и практические последствия имели эти решения. Согласно Гоббсу, человек — это абстрактный индивид, подобный таких, как он, абстрактных индивидов. Он стремится удовлетворить свои потребности и желания, руководствуясь исключительно своими интересами. Казалось бы, позиция достаточно реалистична. Действительно, а чем же еще может руководствоваться и руководствуется в своей практической жизни человек, как своими корыстными интересами? Однако способен такой «умный эгоист» сделать право способу своего бытия, то есть постоянно воспроизводить и отстаивать в своих действиях то, без чего он сам не может обойтись? Наверное, нет.